(no subject)
Oct. 6th, 2004 11:11 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
riontel В квартире не осталось ни одного стула, так что мне пришлось устроится на канистре, которую в предвкушении ремонта завезли новые хозяева. Родители бродили по комнатам, прощаясь с друзьями и родственниками, пришедшими нас проводить. Наконец приехали машины и меня позвали. Канистра, явно не желая со мной расставаться, оставила неизгладимый след на моих джинсах в виде дырки на очень интересном месте. Переодевание в целые штаны было совершенно исключено, все вещи были аккуратно запакованы в пронумерованные и запротоколированные баулы.
Света, моя двоюродная сестра, обещала нам автобус своей фирмы для перемещения, однако, в последний момент оказалось, что автобус либо внезапно дематериализовался, либо просто никогда не существовал, поэтому в аэропорт мы ехали двумя легковушками: рабочий Ниссан Игоря Малого (муж моей второй сестры, Иры, таксист) и его брата Саши и девятка Светы, которую вел ее муж (Игорь Большой). Запихнувшись кое-как в машины мы отчалили.
Впрочем, перед тем как покинуть Одессу, мы поколесили по городу, разыскивая газ для экологически-дружелюбного Ниссана. Ни на одной заправке его обнаружить не удалось, зато удалось тормознуть грузовик, перевозящий газовые балоны для частных домов и заправить машину из одного из них. В процессе поиска Ниссан проколол шину. Неочищенный бытовой газ засорил фильтр избалованной японской машине. Итак, останавливаясь на каждом километре, чтобы докачать шину и дать Ниссану прокашляться, мы наконец выехали на шоссе Одесса-Киев. Первой целью на этой дороге стала станция техобслуживания. Не без труда мы обнаружили оную, за пять минут до ее закрытия. Над нами сжалились и вместо того, чтобы послать, начали чинить. Когда механики достали пробитую камеру, все присутствующие немного офигели. Оказалось, это была не первая дырка в данном предмете и предыдущие мастера не нашли ничего лучшего, чем заткнуть уже имеющуюся дырку носком. Обследовав сие чудо инженерной мысли и высказав свое искреннее мнение о неизвестном кустаре, механики кое-как залатали повреждения и отправили нас в дальнейший путь.
Тут надо заметить, что в то время как Игорь М. и Саша крутили баранку с восемнадцати лет, с армии и через всю таксистскую карьеру, то Игорь Б. права получил на тот момент совсем недавно и только для грузового транспорта. Но отдать руль одному из профи он на отрез отказывался. Скорее всего потому, что в его машине сидело все женское население, которое его всю дорогу кормило.
Не знаю ездили ли вы по дороге из Одессы в Киев. Если это можно назвать дорогой. Так вот, на этих ухабах довольно часто встречается знак "Не обгонять". Каждый раз, когда этот знак появлялся в зоне видимости, Игорь Б. считал своим долгом обогнать впереди идущую машину, к восторгу ехавшей сзади комании. Они очень сокрушались и переживали за Игоря Б., когда знак однажды появился, а обогнать оказалось некого.
Однако, не взирая на всякие мелкие неприятности, вроде отсутствия на трассе туалетов и присутствия гаишников, которым дали на чай, чтобы они от нас отвязались, мы целые и сохранные прибыли в Борисполь. Решив несколько оставшихся до самолета часов поспать как люди, мы завалились в гостиницу, которая обрадавала нас до боли знакомым совковым "Мест нет". Эта шуточка нас естественно не смутила и минут через пятнадцать мы уже дрыхли в номерах, оставив Игоря с братом сторожить машины и наши баулы.
Ухитрившись дочитать книжки, подготовленные для самолета, еще до того как мы погрузились, в Борисполе я отправилась на поиски чего бы почитать. Не разжившись ничем, кроме Орбита без сахара, и осмотрев унылые окрестности я вернулась как раз к посадке. Пока Игорь М. с Сашей (единственные в нашей компании, кто мог поднимать тяжести) таскали наши баулы на какой-то конвеер, милая дама в форме проставила в наши паспорта штампы и попросила нас пройти к воротам. Мы попрощались с ребятами и уже собирались продвигаться по направлению к самолету, когда оказалось, что Игоря с Сашей отказываются выпускать. Они прошли таможню и теперь, по мнению таможенников, должны были куда-нибудь лететь. Я даже и не сообразила, что это была таможня! На нас никто не глянул, не то что просить открыть сумки. Через эту преграду, о которой я слышала столько ужасный историй, мы могли провезти все сокровища алмазного фонда и никто бы не заметил. Мы все-таки кое-как уговорили господ из таможни позволить ребятам остаться на их горячо любимой родине, а сами поспешили с нее убраться.
Полет, который мы окрестили "Пейсатый Рейс" (угадайте почему :), прошел без особых событий, не считая того, что мы чуть не опоздали на пересадку в Париж и бежали через Де Голль, как сумашедшие, распугивая местных стражей порядка. Двое из них попытались пообщаться с моим папой на предмет звенения, когда он мчался через металлодетектор. Общего языка они не нашли, папа говорил только на русском, а они - только на французском, так что просто тщательно исследовали его карманы и отпустили бежать дальше.
По приземлении в JFK я несколько буквально стряхнула пыль родины со своих ног, вместе с обувью, выкинутой в ближайший мусорный бак. Кстати, моя сестра, увезенная шестнадцатью годами ранее, в четыре года, перед посадкой в поезд продекламировала таможенникам "Прощай немытая Россия". Впрочем, они уезжали после нескольких лет сидения в отказе... В аэропорту, после всех формальностей с таможней, иммиграцией и Наяной, нас подобрала моя тетя и отвезла ... домой.
Это было ровно десять лет назад. 6 октября 1994 года.
Света, моя двоюродная сестра, обещала нам автобус своей фирмы для перемещения, однако, в последний момент оказалось, что автобус либо внезапно дематериализовался, либо просто никогда не существовал, поэтому в аэропорт мы ехали двумя легковушками: рабочий Ниссан Игоря Малого (муж моей второй сестры, Иры, таксист) и его брата Саши и девятка Светы, которую вел ее муж (Игорь Большой). Запихнувшись кое-как в машины мы отчалили.
Впрочем, перед тем как покинуть Одессу, мы поколесили по городу, разыскивая газ для экологически-дружелюбного Ниссана. Ни на одной заправке его обнаружить не удалось, зато удалось тормознуть грузовик, перевозящий газовые балоны для частных домов и заправить машину из одного из них. В процессе поиска Ниссан проколол шину. Неочищенный бытовой газ засорил фильтр избалованной японской машине. Итак, останавливаясь на каждом километре, чтобы докачать шину и дать Ниссану прокашляться, мы наконец выехали на шоссе Одесса-Киев. Первой целью на этой дороге стала станция техобслуживания. Не без труда мы обнаружили оную, за пять минут до ее закрытия. Над нами сжалились и вместо того, чтобы послать, начали чинить. Когда механики достали пробитую камеру, все присутствующие немного офигели. Оказалось, это была не первая дырка в данном предмете и предыдущие мастера не нашли ничего лучшего, чем заткнуть уже имеющуюся дырку носком. Обследовав сие чудо инженерной мысли и высказав свое искреннее мнение о неизвестном кустаре, механики кое-как залатали повреждения и отправили нас в дальнейший путь.
Тут надо заметить, что в то время как Игорь М. и Саша крутили баранку с восемнадцати лет, с армии и через всю таксистскую карьеру, то Игорь Б. права получил на тот момент совсем недавно и только для грузового транспорта. Но отдать руль одному из профи он на отрез отказывался. Скорее всего потому, что в его машине сидело все женское население, которое его всю дорогу кормило.
Не знаю ездили ли вы по дороге из Одессы в Киев. Если это можно назвать дорогой. Так вот, на этих ухабах довольно часто встречается знак "Не обгонять". Каждый раз, когда этот знак появлялся в зоне видимости, Игорь Б. считал своим долгом обогнать впереди идущую машину, к восторгу ехавшей сзади комании. Они очень сокрушались и переживали за Игоря Б., когда знак однажды появился, а обогнать оказалось некого.
Однако, не взирая на всякие мелкие неприятности, вроде отсутствия на трассе туалетов и присутствия гаишников, которым дали на чай, чтобы они от нас отвязались, мы целые и сохранные прибыли в Борисполь. Решив несколько оставшихся до самолета часов поспать как люди, мы завалились в гостиницу, которая обрадавала нас до боли знакомым совковым "Мест нет". Эта шуточка нас естественно не смутила и минут через пятнадцать мы уже дрыхли в номерах, оставив Игоря с братом сторожить машины и наши баулы.
Ухитрившись дочитать книжки, подготовленные для самолета, еще до того как мы погрузились, в Борисполе я отправилась на поиски чего бы почитать. Не разжившись ничем, кроме Орбита без сахара, и осмотрев унылые окрестности я вернулась как раз к посадке. Пока Игорь М. с Сашей (единственные в нашей компании, кто мог поднимать тяжести) таскали наши баулы на какой-то конвеер, милая дама в форме проставила в наши паспорта штампы и попросила нас пройти к воротам. Мы попрощались с ребятами и уже собирались продвигаться по направлению к самолету, когда оказалось, что Игоря с Сашей отказываются выпускать. Они прошли таможню и теперь, по мнению таможенников, должны были куда-нибудь лететь. Я даже и не сообразила, что это была таможня! На нас никто не глянул, не то что просить открыть сумки. Через эту преграду, о которой я слышала столько ужасный историй, мы могли провезти все сокровища алмазного фонда и никто бы не заметил. Мы все-таки кое-как уговорили господ из таможни позволить ребятам остаться на их горячо любимой родине, а сами поспешили с нее убраться.
Полет, который мы окрестили "Пейсатый Рейс" (угадайте почему :), прошел без особых событий, не считая того, что мы чуть не опоздали на пересадку в Париж и бежали через Де Голль, как сумашедшие, распугивая местных стражей порядка. Двое из них попытались пообщаться с моим папой на предмет звенения, когда он мчался через металлодетектор. Общего языка они не нашли, папа говорил только на русском, а они - только на французском, так что просто тщательно исследовали его карманы и отпустили бежать дальше.
По приземлении в JFK я несколько буквально стряхнула пыль родины со своих ног, вместе с обувью, выкинутой в ближайший мусорный бак. Кстати, моя сестра, увезенная шестнадцатью годами ранее, в четыре года, перед посадкой в поезд продекламировала таможенникам "Прощай немытая Россия". Впрочем, они уезжали после нескольких лет сидения в отказе... В аэропорту, после всех формальностей с таможней, иммиграцией и Наяной, нас подобрала моя тетя и отвезла ... домой.
Это было ровно десять лет назад. 6 октября 1994 года.
